filaretuos (filaretuos) wrote,
filaretuos
filaretuos

Category:

Фредерик Шопен . Жизнь, любовь, смерть...




1 марта исполнилось 209 лет со дня рождения польского композитора Фредерика Францишека Шопена.

Сын французского эмигранта Никола Шопен  участника Польского восстания 1794, и польки Ю. Кшижановской. Родился в окрестностях Варшавы.

Шопен вырос в обстановке согласной, мирной трудовой жизни, как в прочной и мягкой колыбели. Ее обычаи узнал он прежде всех иных; примеры простоты, благочестия, воспитанности навсегда остались ему милы и дороги. Семейные добродетели, религиозные обычаи, любовь, скромность окружали его чистой атмосферой, в которой его воображение приняло бархатную мягкость растений, никогда не знавших пыли больших дорог.

Первые уроки игры на фортепьяно получил у своей сестры — Людвики Шопен.

Молодого Шопена учили музыке, не возлагая на него особенных надежд. Пианист Цивни начал заниматься с 9-летним мальчиком. Занятия были серьезные, несмотря на то что Шопен помимо того, учился в одном из варшавских училищ. Покровительство князя Антона Радзивилла и князей Четвертинских ввело Шопена в высшее общество; обращением и внешностью Шопен производил обаятельное впечатление.


Голубые глаза Шопена блистали более умом, чем были подернуты задумчивостью; мягкая и тонкая его улыбка никогда не переходила в горькую или язвительную. Тонкость и прозрачность цвета его лица прельщали всех; у него были вьющиеся светлые волосы, нос слегка закругленный; он был небольшого роста, хрупкого, тонкого сложения. Манеры его были изысканны, разнообразны; голос немного утомленный, часто глухой. Его манеры были полны такой порядочности, в них был такой cachet кровного аристократизма, что его невольно встречали и принимали, как князя…

В общество Шопен вносил ту ровность расположения духа лиц, которых не беспокоят заботы, которые не знают слова «скука», не привязаны ни к каким интересам.

Шопен был обыкновенно весел; его колкий ум быстро отыскивал смешное даже и в таких проявлениях, которые не всем бросаются в глаза». Цивни был единственным наставником Шопена по фортепиано. Окончив после семи лет занятия у Цивни, Шопен начал свои теоретические занятия у композитора Эльснера. К этому времени талант Шопена ощутительно развился. Поездки в Берлин, Дрезден, Прагу, где он слышал выдающихся артистов, способствовали его развитию.

С 1816 учился у чешского пианиста и композитора В. Живного в Варшаве.

Пианистическое и композиторское дарование Шопен проявил очень рано: в 1817 написал 2 полонеза в духе М. К. Огиньского, в 1818 впервые выступил публично.

На основе национальных танцев он создавал и поэтичные фортепьянные миниатюры, и большие концертные пьесы с оркестром, насыщая их чертами поэмности.

На родине он начал также писать песни на слова польских поэтов; из нескольких десятков сохранились лишь 19 (опубликованы посмертно).

Из Польши Фредерик Шопен эмигрировал во Францию.

Что бы его ждало в Польше? Соотечественники могли восхищаться его дарованием, но в высший свет ему, плебею, сыну француза-гувернёра, хода не было. Когда он хотел жениться на аристократке Марысе Водьзиньской, её родители дали понять, что ничего не выйдет. «Жалею, что ваша фамилия не Шопиньский», — так писала мать Марыси композитору, чьё имя уже гремело на всю Европу.

Париж — иное дело. Здешний бомонд принимает Шопена с восторгом. Он водит дружбу с такими гигантами, как Гейне, Берлиоз, Беллини. Им восхищается живописец Эжен Делакруа. Тёплые отношения связывают его с Мендельсоном. А вот ещё с одним современником, Ференцем Листом, отношения не заладились.

С 1829 г. начинается артистическая деятельность Шопена. Он выступает в Вене, Кракове, исполняя свои произведения. Возвратившись в Варшаву, он ее покидает навсегда в 1830 г. Эта разлука с родиной была причиной его постоянной скрытой скорби — тоски по родине. К этому прибавилась в конце тридцатых годов любовь к Жорж Санд, которая дала ему больше огорчения, чем счастья.

В Париж, где Шопена ожидала новая жизнь и слава, он переселился в 1831 г. Первый концерт Шопен дал в Париже 22-х лет. Успех был полный. В концертах Шопен выступал редко. Любовь давать уроки была странной и исключительной чертой Шопена весьма редко встречающейся у великих артистов.

В 1830 году прибыла весть о вспыхнувшем восстании за независимость в Польше. Шопен мечтает вернуться на родину и принять участие в боях. «
Мы подверглись ярости разнузданного московского сброда. Ах, почему я не могу уничтожить хотя бы одного москаля!» Кто мог сказать эти слова? Семён Петлюра? Степан Бандера? Нет. Автор этих слов композитор Шопен!

Сборы закончены, но по дороге в Польшу его застала страшная весть: восстание подавлено, руководителя взяли в плен.

Шопен глубоко верил в то, что его музыка поможет родному народу добиться победы. «
Будет Польша блестящая, могучая, независимая!» — так он написал в своем дневнике.

Что касается религиозности Шопена, то композитор был искренне религиозный и приверженный католицизму. Шопен никогда не касался вопросов религии и не обсуждал ни с кем вопросы веры и Церкви, храня про себя свои верования и внешне их никак не обнаруживая при посторонних, а потому эти "посторонние" по разному описывают религиозность композитора Шопена.

  «
Он был совсем не церковным человеком» (Лейхтентритт Г. ),

Шопен не исполнял религиозных обрядов и даже прекратил общение с духовенством.  Веря в бога он прервал с ним сношения» (Лист Ф. ).

Таким образом нет оснований для каких-либо категорических суждений о наличии или отсутствии религиозной подпочвы в данном случае.

Есть мнение, что Фредерик Шопен был внутренне очень верующим человеком, но предпочитал не говорить на тему веры с друзьями, боясь, что его не поймут, а потому он тщательно скрывал свой внутренний мир.

Шопен ни когда не говорил о своих религиозных убеждениях, но есть свидетели, что как только композитор живя уже во Франции, плохо себя чувствовал, он сразу приглашал на дом священника с просьбой исповедовать и причастить его.


В 1837 г. Шопен почувствовал первый приступ своей ужасной болезни легких.
Пребывание на Майорке имело благодетельное действие на здоровье Шопена.

Десятилетнее сожительство с Жорж Санд, полное нравственных испытаний, сильно подточило здоровье Шопена а разрыв с любимой женщиной в 1847 г. был фатальным для Шопена.

Желая покинуть Париж, чтобы избавиться от всего окружающего, ему так живо напоминавшего пережитые годы, Шопен поехал в апреле 1848 г. в Лондон и это было последним его путешествием.

Успех, нервная, ненормальная жизнь, климат — все это окончательно подорвало его болезненно-деликатную натуру, и великий артист, вернувшись в Париж, слег, а 5 (17) октября 1849 г. его не стало.


Последний концерт на публике Фредерика Шопена состоялся 16 ноября 1848 года в Лондоне.

Композитор завещал, чтобы его сердце после смерти перевезли в Польшу.

Фредерик Шопен умер молодым, ему было всего 39 лет.

До сих пор нет ясности от чего умер Шопен. Официально, от туберкулёза. Однако, врачи настаивают на версии о редком генетическом заболевании. Известно, что композитор часто болел и его вес при росте 170 см. составлял 40 кг.

У Фредерика с детства было плохое здоровье. Тщедушный мальчик не мог есть жирную пищу, которую в то время считали питательной и необходимой. По утрам он много кашлял. Жаловался на головную боль и недомогание.

Став взрослым и заработав состояние благодаря исполнительскому мастерству, он начал лечиться у самых известных врачей того времени. Все, не сговариваясь, говорили о туберкулёзе лёгких. Но кроме этого врачи находили у него массу иных болезней. Например, в 1826 году Шопен более полугода лечился от сильной головной боли и от увеличения шейных лимфатических узлов. А ещё через четыре года был вынужден отменить концерты в Австрии из-за сильного отёка носа, вызванного хроническим насморком.

Санд нашла врача, который составил диету. Шопен перешёл на мёд и овсяные отруби. Подруга увезла его на зиму на Майорку, по традициям того времени. Кстати, композитор там так сильно кашлял по утрам, что хозяин жилья потребовал плату за повторное оштукатуривание стен (в то время так боролись с лёгочными инфекциями).

Шопен умер от туберкулёза, как считали тогда, но каково же было удивление его лечащего врача Жана Крувелье, который на вскрытии не увидел ни одного признака грозной болезни. Но, так как он не знал никакого другого заболевания, при котором был бы такой кашель, в протоколе о смерти фигурирует всё же туберкулёз.

Современные врачи, тщательно изучив не только жизнь самого композитора, но и его родных, заговорили о муковисцидозе, наследственной патологии, о которой в то время ещё не подозревали. В качестве доказательства они приводят не только кашель с густой мокротой, но и проблемы с бронхами, постоянные инфекции нижних дыхательных путей, непереносимость жиров.

Судя по фотографиям, в последнее десятилетие жизни у Шопена развилась бочкообразная грудная клетка, что характерно для больных муковисцидозом. К счастью, у композитора была лёгкая форма патологии, что позволило ему прожить без лечения довольно долго для этой болезни.

Не оставил Шопен и потомства,хотя имел большую популярность у женщин. От чего следовательно бытует мнение, что композитор из за слабости организма был бесплодным.

Правда у Шопена была любимая женщина. Никто не мог даже предположить, что Жорж Санд и Фредерик Шопен могут влюбиться друг в друга. Слишком уж разными они были — хрупкий болезненный юноша с манерами рыцаря и решительная женщина в мужском костюме, с неизменной сигарой в зубах. Тем не менее их роман продолжался десять лет и сподвиг обоих на создание выдающихся произведений — он писал музыку, она — книги.


К моменту знакомства у неё был солидный жизненный опыт за плечами. Амандина Аврора Люсиль Дюпен, которой было немного за тридцать, успела пожить в женском монастыре, выскочить замуж, родить сына и дочь, оставить супруга, уехать вслед за любовником в Париж и написать несколько романов под мужским псевдонимом «Жорж Санд». Фредерику Шопену не было ещё и тридцати. Он слыл музыкальным гением и виртуозом, объездил с концертами множество стран и был брошен той, с которой был помолвлен.

Когда они впервые встретились на светском вечере в доме их общей знакомой, Шопен развлекал гостей игрой на фортепиано. Хозяйка дома решила познакомить двух творческих натур, но музыкант тогда не придал значения этой встрече. А после спрашивал знакомых: «Что это за отвратительная женщина — Жорж Санд? Да и женщина ли она вообще?». Молодого человека с изысканными манерами тогда шокировало фривольное поведение и экстравагантный внешний вид писательницы, которая не просто носила мужской костюм, но ещё и дополняла его высокими грубыми сапогами, шляпой и сигарой. А вот «возмутительница спокойствия», по-видимому, сразу обратила внимание на молодого композитора.


Санд и Шопен часто пересекались на разных светских мероприятиях.
После общения с писательницей мнение музыканта о ней изменилось,
и спустя какое-то время пара начала встречаться — пока втайне
от окружающих. Спустя несколько месяцев влюблённые стали жить вместе
открыто, а в конце 1838-го уехали «зимовать» на Майорку — вместе
с детьми Санд, как одна семья. В то время Шопена, который с детства
страдал от туберкулёза, мучили приступы кашля, и пара надеялась, что
мягкий климат поможет поправить здоровье.

Однако вышло наоборот: в Испании музыканту стало только хуже. Санд
ухаживала за ним день и ночь, а тут ещё владелец квартиры узнал о недуге
своего постояльца. По законам того времени, мебель и все предметы,
к которым прикасался больной, приходилось сжигать — разумеется,
оплачивать их стоимость пришлось Шопену и Санд. Самих же молодых
выставили за дверь. Поскольку никто не соглашался принять человека,
страдающего туберкулёзом, другого жилья они так и не нашли — их приютили лишь в монастыре.

На этом злоключения не закончились. Влюблённым предстояло вернуться в Париж, но все корабли отказывались брать их на борт. После ряда безуспешных попыток всё же удалось уговорить одного из капитанов. Правда, гениальному композитору, блистательной писательнице и двум детям выделили худшую из всех кают — по соседству с загоном для свиней. Как потом говорил Шопен, у этих свиней были условия на порядок лучше, чем у него. Санд же ни на что не жаловалась.

Вернувшись во Францию, «семейство» поселилось в поместье Жорж Санд. Но и там счастья не было: Шопен по-прежнему болел, сын ревновал мать к чужому мужчине. А повзрослевшая дочь наоборот — настраивала «отчима» против матери. Отношения постепенно начали сходить на нет, и в 1847 году Шопен не выдержал. Музыкант собрал вещи и ушёл. Санд не стала его останавливать.

Поначалу они слали друг другу письма, но дочь Санд рассказывала Шопену про измены экс-подруги.

«Я предпочитаю видеть вас во враждебном лагере, чем защищаться от противницы, которая вскормлена моей грудью и моим молоком», — писала сама Жорж композитору.

А вскоре прекратились и письма. В последний раз Шопен и Санд встретились случайно — за полтора года до смерти композитора. Он не стал разговаривать с бывшей возлюбленной, но до конца жизни поддерживал тёплые отношения с её дочерью. А умирая, всё-таки вспомнил писательницу: «Она обещала, что я умру в её объятьях».

Шопену отношения с эпатажной Санд давались с большим трудом, но многие биографы сходятся во мнении: именно в те годы композитор написал свои лучшие произведения. Их отношения продолжались около десяти лет и принесли обоим много страданий: наверное, счастливый брак и спокойная семейная жизнь — слишком сложное понятие для двух гениев под одной крышей. Но об их романе помнят до сих пор. Даже спустя почти две сотни лет.


В костёле Святого Креста в Варшаве покоится сердце Фредерика Шопена.

Смерть Шопена была ударом для музыкального мира, а похороны были редким выражением симпатии его многочисленных поклонников.

Шопен выше всех композиторов ставил Моцарта.

Согласно желанию покойного, на его похоронах был исполнен реквием Моцарта известнейшими артистами того времени.

В церкви St. Madelaine 30-го октября при начале мессы был исполнен похоронный марш великого умершего артиста, инструментованный Ребером.

При возношении св. даров Лефебюр-Вели сыграл на органе два прелюда Шопена. Партии соло в реквиеме пели Виардо-Гарсиа, Кастелан и знаменитый бас Лаблаш.

На кладбище Père-Lachaise прах Шопена покоится между Керубини и Беллини. Прекрасный памятник сооружен по подписке.

Шопен — это музыкальный гений, которым Польша по праву так гордится. Ни до, ни после Шопена его родина не дала такого сильного художника в области музыкальной. Несмотря на то что творчество Шопена было почти исключительно посвящено пианизму, его редкий композиторский дар давал ему полное право на более обширную композиторскую деятельность, но деликатная, замкнутая натура Шопена довольствовалась избранными рамками, и, несмотря на них, Шопен выказал необычайную силу душевного выражения. В избранной им области заслуги Шопена громадны. Обаятельная, глубокая музыка этого художника живет не только в сердцах его нации, но и всего музыкального мира. Симпатии же Польши, конечно, особенно ярки, так как она ближе, чем какая-нибудь другая народность, чувствует в Шопене своего истинно национального композитора, излившего свою музыкальную душу в полонезах, балладах, рисующих прошлое Польши и так ярко выдвигающих прелестные черты музыкального народного языка. Композиции Шопена представляют явление исключительное, Шопен — это самородок, которого нельзя назвать продолжателем кого-либо.

Музыка Шопена изобилует смелостью, изобразительностью и нигде не страдает причудливостью.
Во всем, что писал Шопен в его чудных музыкальных контурах виден великий музыкант-поэт. Это заметно в законченных типичных этюдах, мазурках, полонезах, ноктюрнах и проч., в которых через край льется вдохновение.

В музыке Шопен высказался вполне его характер, гораздо более, чем в жизни, так как автор отличался выдержанностью, замкнутостью. Как создатель музыки преимущественно гибкой, грациозной, поэтичной, Шопен в своем исполнении поражал не силой и энергией, а передачей, то лучезарной, то полной таинственности, нежной, прерывистой . Его игра тонкая, даже миниатюрная не была для массы, но тем более великие музыканты и пианисты того времени были самыми искренними и безграничными поклонниками игры Шопена . Назовем Листа, Шумана, находивших игру великого музыканта трогательной. Все, что было самого выдающегося в областях искусства и литературы, преклонялось перед Шопеном как перед композитором и исполнителем: Гейне, Лист, Мейербер, Адольф Нурри, Гиллер, Мицкевич, Жорж Санд, Шуман, Мендельсон, Мошелес, Берлиоз и многие др.


Посмертная судьба Шопена полна возвышенной романтики и горькой иронии. Тело композитора покоится на парижском кладбище Пер-Лашез, а сердце, согласно его воле, было отправлено в Варшаву, где по сегодняшний день находится в церкви Святого Креста. Но к самому Шопену у поляков отношение было странным. Спустя меньше чем полвека после его смерти соотечественники умудрились забыть о нём окончательно. Русский композитор Милий Балакирев, большой почитатель таланта Шопена, приехав в Варшаву, был поражён. «Домик, в котором родился гениальный Фридерик, я застал в ужасном состоянии заброшенности, а нынешний владелец деревушки вообще не знал, кто такой Шопен... Результатом моей деятельности явилось учреждение памятника в Желязовой Воле, которое состоялось 14 октября 1894 г.». Ирония судьбы — проклинаемые Шопеном «москали, эти восточные варвары» заботились о сохранении его наследия едва ли не больше, чем гордые шляхтичи...
Subscribe

Recent Posts from This Journal

Comments for this post were disabled by the author