filaretuos (filaretuos) wrote,
filaretuos
filaretuos

Categories:

ФАКТЫ ИЗ ЖИЗНИ МАКСИМА ГРЕКА


ПРЕПОДОБНЫЙ МАКСИМ ГРЕК ДО АФОНА БЫЛ НАСЕЛЬНИКОМ КАТОЛИЧЕСКОГО МОНАСТЫРЯ.
КАКИЕ ИСТИННЫЕ ПРИЧИНЫ ГОНЕНИЙ НА МАКСИМА ГРЕКА.


Максим Грек по национальности являлся греком, но имя Максим было монашеское. При рождении преподобного назвали Михаилом по фамилии Триволис.

Увлеченный проповедями Дж. Савонаролы, он провел несколько лет в доминиканском монастыре св. Марка во Флоренции и подумывал даже принять монашество среди итальянских католиков. Но после долгих раздумий, выйдя из него, Михаил Триволис в 1505 г. удаляется на Афон и становится монахом Ватопедского монастыря.

Не смотря, что Максим Грек (он же Михаил Триволис) был греком, он питал симпатию к Западу, а потому монахи Афона говорили о нём, что Максим монашескую рясу хоть и одел, но монахом его на Афоне не считают. И доказательство этому мы находим в строках одного письма, которое было написано Максиму Греку: " «Бедный Михаил, не смог ты обрести на Афоне того, чего желал, но не успокоился, я вижу. В этой глубокой ночи ты подобен лампаде. Разве здесь тебе место? Ты, верно, страдаешь. Невежество Востока, должно быть, терзает тебя не менее, чем наглость и высокомерие Запада. Боюсь, что здесь, как и там, ты для всех остался чужаком».
О Максиме шептались, мол какой же он православный монах, он не подходит ни по духу, ни по облику.

Там, куда мы идем, нет ничего: карабкаемся вверх, карабкаемся, наконец останавливаемся и видим, что пришли в никуда. Так случилось и с Максимом. Отрекся он от мирской жизни, а что обрел взамен? Теперь он еще в большем одиночестве, чем прежде, один посреди пустыни.

Есть мнение, что монахам мешает часто именно учёность. А Максим Грек прошёл Западную школу, он был учёным, он был писателем, а не просто как было принято у монахов переписывать книги. Он писал, писал свои книги. Для монахов считалась такая учёность во грех. С другой стороны и на Западе не могли максима представить монахом ибо для учёных Запада восточный монах - это никчемность, невежество, недомыслие, неподвижность...

Однако и на Руси Максима Грека приняли далеко не с распростёртыми руками. Опять же, учёный монах приезжает на Русь и сам из не русских. Подозрение у князя Василия. Нужны ли такие чужеземные монахи на святой Руси? Вместо смиренного старца-писца приехал этот мудрый, всезнающий монах; другого такого, сказали ему, не сыщешь сейчас не только на Афоне, а и во всем православном мире. Монах с Западной школы и при этом православный. Как знать, возможно, греческие архиереи прислали его неспроста. Подобные действия вселенской патриархии вызывали недоверие у великого князя.

Жизнь Максима Грека на Руси не приносила радости, принесла 20 лет монастырского тюремного заточения.
Остаётся ещё вопрос... Максим Грек выехал из Афона в Москву и ехал долгие 2 года. Где эти два года пребывал Максим Грек? Ответ на этот вопрос историками найден...в Крыму. Максим Грек дожидался в Крыму особого указа Византийского правительства на въезд в Москву, умный монах Грецции не мог не быть политическим орудием в руках светского правительства Византии и там была своя дипломатия и выжидалось лучшее для греков время. Недвусмысленная направленность «богословских» посланий Максима Грека еще раз показывала, что за религиозной формой его деятельности скрывалась вполне определенная политическая программа, предложенная ему не столько константинопольским патриархом, сколько константинопольским правительством.

Симонов монастырь, в ту темную ночь, когда за монахом приехали ратники великого князя. Начальник стражи приказал связать старца по рукам и ногам веревкой, которую предусмотрительно захватил с собой, а потом принялся тщательно обыскивать келью. Он перевернул постель, перетряхнул одежду, пошарил в сундуке, прощупал рясу монаха. Затем принялся за книги — открыл, перетряс все до единой. Увы! Он хотел найти сатану, с которым беседовал монах, однако обнаружить его никак не удавалось. Верный ратник, один из самых преданных в охране Василия, не падал духом. «Окно закрыто, — сказал он про себя, — в дверь он бежать не мог, потому что в дверь вошли мы. И если мы не можем его найти, то, значит, сатана сидит в самом монахе!»

Так начались великие муки Максима Грека. В ту ночь сатана из него не вышел. На рассвете, едва пропел первый петух, начальник стражи со вздохом вложил меч в ножны.
— Монах, — сказал он Максиму, — крепко засел в тебе сатана, намучаешься ты, пока не выйдет он из тебя — и не сразу, а постепенно, вместе с твоей душой.

Так оно и было. Максим прожил еще тридцать с лишним лет, многое претерпел он — сперва в Кремле, в каменном мешке, потом в глубоком подземелье Иосифова монастыря, где игумен Нифон вместе с двумя другими ревностными старцами не щадил сил, чтобы изгнать из Максима сатану. Потом в Твери, в Отроче монастыре. Там Максим прожил двадцать лет, первые десять — в глубокой яме, куда монахи напускали дыма и огня, подготавливая святогорца к еще более страшным мукам, которые предстояли ему в аду, ежели не удастся до того времени освободить его от греха.

Вообще Церковь полагает , что главною причиною злоключений Максима Грека было его противоречие по делу о разводе Василия Ивановича с царицею Соломониею… Со сказанным исторически нельзя согласиться… Суждение Максима Грека о разводе, как бы он его резко ни высказывал, могло только вызвать неудовольствие князя, переменить прежнее расположение его к Максиму, но преследовать последняго было напрасно, так как князю нечего было опасаться…

Самая главная неосторожность Максима состояла в том, что он позволял себе действия, которые могли восстановить против него непосредственно великого князя: например, принимал у себя бояр, находившихся под опалой государя, и беседовал с ними наедине; имел сношения с турецким послом, находившимся тогда в Москве и враждебным России. За такие-то действия прежде всего и пришлось Максиму поплатиться.

Из следствия над Максимом узнали, что он принимал близкое участие в суждениях о разных политических отношениях и лицах, стоявших во главе управления, и что он находился в близкой связи с враждебным русской державе турецким послом… Но Максима неудобно было пока судить за сношения с противниками князя, с тем послом из Турции, который открыто призывал пойти султана войной против России . Но и в то время людям правду не доносили.. Поэтому, чтобы порешить с Максимом, делу его придали более благовидное направление… Собор представил Максиму его вину относительно перевода и исправления книг…

Между итальянским и московским периодом жизни Максима Грека, между Михаилом Триволисом и Максимом Греком лежат долгие годы монашества. С 1500 года Михаил Триволис захвачен религиозными исканиями, колеблется между католицизмом и православием, пока в 1505 или 1506 году не делает своего решительного выбора в пользу православия.

Как бы Максим, монах Ватопедского монастыря, ни проклинал прежнего прозападного Михаила Триволиса, он не мог выбросить 1492–1500 годы из своей биографии, как не мог совершенно уйти от гуманистического образования, приобретенного за эти годы. Но сплава между гуманизмом Михаила и христианством (православием) Максима не получилось.

Церковная деятельность Максима способствовала приобщению России к возрождению, содействовала укреплению в этой стране греческой традиции; ни один другой писатель той эпохи не пользовался в России таким авторитетом, как Максим; русские историки нового времени воздали должное «удивительному мудрецу Московской Руси, глашатаю подлинного христианства, обладателю истинной диалектики, греческому гуманисту, идеальному борцу, павшему жертвой своих убеждений.

Вклад Максима Грека в русскую культуру огромен. Он обогатил русскую литературу новыми переводами текстов Священного писания и сочинений отцов церкви, памятников агиографии, ввел в русскую книжность целый корпус статей, переведенных им из византийского лексикографического свода X в. «Суда». Он явился в России первым ученым-филологом, сформулировавшим принципы переводческой деятельности, осознавшим необходимость исправления русских богослужебных книг путем сличения их с греческими оригиналами и начавшим работу в этом направлении. Переводческая деятельность Максима Грека была важнейшим фактом истории письменной культуры России в эпоху, когда началось формирование русского литературного языка. Максим Грек способствовал значительному расширению знаний русских читателей о Греции — ее истории, географии, литературе, языке: этому служили его оригинальные сочинения, переводы, занятия греческим языком с русскими учениками, копирование им греческих рукописей.

Максим Грек — крупнейший русский писатель эпохи средневековья. Тесно связанный обстоятельствами с внутри- и внешнеполитической жизнью России, он в своих сочинениях откликался на многочисленные и разнообразные явления русской действительности первой половины XVI в. Десятки оригинальных сочинений греческого ученого — выдающееся явление древнерусской литературы.
Subscribe

Comments for this post were disabled by the author