filaretuos (filaretuos) wrote,
filaretuos
filaretuos

90 ЛЕТ НАЗАД ЗАСТРЕЛИЛСЯ ВЛАДИМИР МАЯКОВСКИЙ


(первое сообщение Советской прессы)

В. Маяковскій покончилъ самоубійствомъ въ Москвѣ въ понедѣльникъ, 14 апрѣля, въ 10 ч. утра. Въ полученныхъ нами московскихъ вечернихъ газетахъ отъ этого дня нѣтъ ни одного слова объ этомъ
самоубійствѣ.

Выходящая же въ Петербургѣ «Вечерняя Красная Газета» помѣстила въ
понедѣльничномъ номерѣ полученныя по телефону изъ Москвы первыя свѣдѣнія объ этомъ самоубійствѣ.

Въ послѣдніе дни Маяковскій — по словамъ «Красной Газеты». — ничѣмъ не обнаруживалъ душевнаго разлада и ничто не предвѣщало катастрофы.
Предпослѣднюю ночь, вопреки обыкновенію. онъ не ночевалъ дома. Веряулся домой въ 7 -час. утра и въ теченіе дня не выходилъ изъ комнаты.

Ночь онъ провелъ дома.

Въ понедѣльникъ утромъ Маяковскій куда-то вышелъ и спустя короткое время возвратился въ такси въ сопровожденіи артистки Московскаго Худож. театра Н. Скоро изъ комнаты Маяковскаго раздался револьверный выстрѣлъ, вслѣдъ за которымъ выбѣжала артистка Н.

Немедленно была вызвана карета скорой помощи, но еще до прибытія ея Маяковскій скончался. Вбѣжавшіе въ комнату нашли Маяковскаго на полу съ прострѣленной грудью. Покойный оставилъ двѣ записки .

Маяковскому было -всего-36 лѣтъ. Въ послѣдніе годы онъ сосредоточилъ свою работу на созданіи сов. театральной сатиры и его комедіи «Клопъ» и «Баня» вызвали много споровъ и толковъ въ коммунистическихъ кругахъ.

Латышские газеты сразу написали о смерти Владимира Маяковского. Упомянули о нём, что он был кричащим, хаотичным, недисциплинированным , сумасшедшим и пылким человеком. Делая вывод, что крики Маяковского и лишние потрясения от него Советскому правительству надоели. И хоть Советское правительство ещё и использовала изредка Маяковского, но дни "его борьбы" прошли и Маяковский понимал, что его отодвигают в тень. И тут Маяковский решил стране напомнить о себе и заставить о себе говорить через самоубийство.

Латвийская пресса делает заключение, что кричащая толпа Советских писателей, это сильный идеологический инструмент. Но если в Советской России сама жизнь человека имеет очень малую ценность, то человек очень быстро решается свести концы с жизнью.

"У меня не было выхода!" - написал Маяковский в записке перед смертью. Люди советской власти прилагают все усилия, чтобы назвать это самоубийство личным делом Маяковского. Но если в искусстве и общественной жизни утрачивается вера, разве тогда не легче умереть?
Subscribe

Recent Posts from This Journal

Comments for this post were disabled by the author