filaretuos (filaretuos) wrote,
filaretuos
filaretuos

Category:

ИЗ ИНТЕРВЬЮ С ОТТО КАРИУСОМ 2014 ГОДА



Отто Кариус командующий немецкими танками в боях обороны Даугавпилса летом 1944 года. Танкист.Награждён двумя железными крестами. Тяжело ранен в Малиновке 24 июля 1944 года, там же 28 июля 1944 года был убит герой СССР , уроженец Житомира , Иван Мороз , который похоронен в парке Дубровина в Даугавпилсе.
Отто Кариус после войны вплоть до 2011 года работал аптекарем в Германии и умер в 2015 году в 92 года.





--Хочу спросить о боях в Малиновке (Латвия) в 1944 году. В тот день там погибли два Героя Советского Союза, командиры батальонов. У меня есть их фотографии. Я хотел бы, чтобы вы посмотрели на них. Один сгорел в своем танке, другой ...

— Могу сразу сказать, я их не видел.

--Ты видел того, кто застрелился?

--Нет. Солдаты видели , они сказали мне позже. Я лично не видел .

— Ваша книга воспоминаний говорит, что вы видели его медаль?

--Нет лично не видел. Те, кто видел, сказали что оставили её там. Никто не снял её! Мы никогда этого не делали. Американцы сделали это позже, они сняли все.
Я не боролся с мертвыми или заключенными. Кроме того, я не стрелял в солдат, если враг потерпел поражение и экипаж покинул танк. Мы были шокированы, когда узнали, что в современном Бундсвере молодые танкисты практикуют стрельбу по экипажу, покинувшему танк. Мои солдаты не делали этого.
В Динабурге (Даугавпилс) я помню одного заключенного, который потерял ногу. Я предложил ему сигарету, но он не взял её и закатал свою сигарету одной рукой. Я никогда не понимал, как они это делают. Махорка! Они были немного примитивны. Пехота, конечно.
Многие сотни русских погибли бессмысленно, когда их бросили в бой, не задумываясь. Например, в Нарве. 500-600 умерло за ночь. Они просто лежали там, на льду. Это было безумие.
У нас это случалось реже, мы не могли позволить себе такую ​​роскошь, у нас было намного меньше людей. Но были случаи, когда после нападения в батальоне оставалось только десять человек. Из целого батальона!

--Вернемся к 1940 году, Шлезвиг-Гольштейн. Вы обучались чтобы быть грузчиком?

--Да, я был новобранцем. Мы практиковали все, что нужно знать танковому погрузчику. Кроме того, регулярно проводились тренировки в армии: марши, салюты и т. Д. У нас также была тренировка на выживание. Я жив благодаря этому.




--Как командир давал вам команды: ручные сигналы, голос или у вас было устройство связи?

--У нас было радио. У наших врагов было больше проблем с коммуникациями, как с технологиями, так и с персоналом. Если бы это было иначе, мы бы проиграли войну в 1942 году. И, конечно, у русских были проблемы с отдельными членами экипажа, я никогда не видел, чтобы российский командир открыл свой люк, чтобы посмотреть в бой. Это было удачно для нас и неудачно для нашего врага.

--Что делал грузчик на маршах?

--Загрузчик должен убедиться, что танковая пушка загружена вовремя, и пулемет не застревает. Если есть пробка, он должен это исправить. Грузчик - бедный человек, он ничего не видит и не знает, что происходит. Погрузчик в чешском танке Pz38 (t) полностью слепой, также и тигре.

--Вы должны были загрузить снаряд в танк?

--Да, я загружал их в танк. 98 снарядов у тигра, у чешского танка было больше.

--Сколько бронебойных снарядов и сколько взрывчатых снарядов у вас было в Pz38 (т)?

--Чешский танк имел только два вида снарядов, AP и HE. У нас обычно было 50:50. В экипаже о количестве снарядов в танке решать только командиру.

--Насколько хорош был Pz38 (t) в России?

--Совершенно не подходил! Экипаж танка состоял из четырех человек. Командир должен был командовать, стрелять и наблюдать. Это слишком много для командира. Если он командир взвода или роты, это было невозможно, у нас только один начальник! Чешский танк был хорош только для маршей. Хорошая часть «нижняя», полуавтоматические приводы, хорошая подвеска. Замечательно! Но только для вождения.
Сталь была плохой. Пушка, 3,7 см, была слишком слаба против Т-34. Если бы русские не перевооружались и имели Т-34 раньше или использовали их правильно, война закончилась бы в 1941 году, самое позднее зимой.

--Ты помнишь свое первое сражение с Т-34? Вы проверяли его после битвы, залезли внутрь?

--Мы не были передовой частью. Подразделения фронта сражались с Т-34, о них мы только слышали. Страшные истории. Невозможно было понять, почему эти танки стали сюрпризом для наших командиров. Мы знали, что русские разработали эти танки с немцами под Казанью. Мы ничего не знали о Т-34.

--Были ли ваши члены экипажа взаимосвязаны?

— Нам повезло, если мы всегда могли сражаться как одна команда. Если вы командир роты или взвода, вы должны поменяться местами. Кто бы ни был перемещен, он был чертовски зол, но с этим ничего не поделаешь, командиру нужен танк.

--Например, в одном танке водитель мог стрелять, а стрелок водить?

--Возможно. Лично у меня никогда не было этого. Иногда я, грузчик, ездил на марше вместо водителя. Это происходило потому, что мы всегда были в походе и водителю нужен был отдых.




--Как были обозначены цели?

--Командир обозначал цели. Хороший стрелок также наблюдает за полем боя. Командир обычно решает, куда стрелять.
Во время марша были приказы в экипаже, но обычно мы разговаривали друг с другом нормально, как сейчас. Мы не много разговаривали. Мы должны были быть осторожными и наблюдать. Особенно командир. Например, я ложил руку на левое плечо стрелка, и он повернул свое оружие влево, правое плечо, а он повернул вправо. Все спокойно в тишине.
В современных танках командир может взять контроль, у нас его еще не было. Это не нужно, поскольку командир не успевает вмешиваться, у него есть другие задачи.

--Вы стреляли во время движения или когда останавливались?

--Только когда останавливались. Выстрел с ходу был слишком неточный и ненужный.

--Какую команду вы давали водителю, чтобы остановить танк?

--Остановись! Иногда так. Специальной команды не было. Водитель, я думаю, самый важный член экипажа. Если он хороший водитель, он знает, как остановиться, поставить танк в правильное положение, спрятать бок и, если возможно, показать переднюю часть.

--Русские закапывали свои танки. А вы?

--Да, иногда, особенно той первой зимой, когда мы защищались.

--Как командир, вы чистили танк со своей командой?

--Интересный вопрос Например, мой командир танка, когда я был погрузчиком ... невозможно было представить, что он когда-нибудь дотронется до снаряда или канистры с газом. Но я всегда помогал заряжать боеприпасы, заправлять танк будучи командиром.
Это действительно вызывало удивление у рядовых и поддерживало их морально, маленький трюк с огромным эффектом. Я также делал это по необходимости, когда мои товарищи уставали.



--В 1941 году вас отозвали в офицерскую школу. Вы вернулись с зимней формой?

--Мы еще не получили зимнюю форму. У россиян она уже была, а у нас нет. Многие погибали, пытаясь стащить валенки с русских трупов.
Если вы спросите меня, как я пережил первую зиму, я могу только ответить на этот вопрос, не знаю как. Мы провели зиму на открытом воздухе, в -50 градусов мороза. Нет поставок, все замерзло. На еду только конину и замороженный хлеб. Надо было порубить её топором. Нет горячей еды. Слово «гигиена» исчезло из нашего словаря. Снег, ледяные бури, нет зимней одежды. Нет танков, только черная форма. Вы сидите там и ждете, пока вас не застрелит русский лыжник с камуфляжем, отлично подготовленный для борьбы в снегу. И все же я жив.

--У вас были блохи?

--Много! Если кто-то утверждает, что у него не было блох, он не сражался на фронте в России. 100%!

--Вы жили в домах?

--Вы, наверное, знаете, что Сталин приказал, чтобы все сгорело, чтобы ничего не осталось. В первую зиму мы забыли о домах. Потом мы получили танки, и там было по крайней мере сухо. Но было еще холодно, они не отапливались.
Это было хуже для пехоты. Гигиена была очень плохой. Я не знаю, как мы выжили. Блохи! И нет чистого нижнего белья!
Моя команда жила только в своем танке с 20 января по 20 апреля, за исключением двух или трех дней, когда танк сломался, и мы должны были его починить. Мы были совершенно небритые. Это было лучше для меня, я периодически возвращался в штаб и мог хотя бы помыть руки.
Однажды мне удалось там побриться, и моя команда не узнала меня. Они думали, что им прислали нового командира. Теперь вы понимаете, как мы выглядели?

--Русские копали траншею,вгоняли в неё танк и спали в ней. Вы делали это?

--Иногда во время коротких остановок. Это было запрещено, если бомба попадала в танк, и весь экипаж под ним погиб. У нас был такой случай, когда так спали под танком и потом больше не делали этого и пытались спрятаться в строениях, на кладбищах и где-то еще .

--Когда вы вернулись из офицерской школы, какой танк вы получили?

--Нет! Мне пришлось командовать взводом инженеров, хотя я ничего не знал о минах и тому подобном. Я должен был учиться . Это пригодилось позже. А потом меня повысили до командира танкового взвода, сержанта. Мы все еще сражались на чешских танках. Затем меня повысили в должности, и я был командиром взвода с танками PzIV с пушкой 7,5 см.

--Как ты заводил танки на морозе?

--Если аккумулятор был в порядке, нет проблем. Если было слишком холодно, двигатель должен был периодически прогреваться. Пехоте это не нравилось, поскольку наши «друзья» начинали стрелять, когда слышали двигатели, думая, что мы что-то замышляем.

--Вы разводили огонь под баком, чтобы нагреть его?

--Я никогда этого не делал и не видел, чтобы это было сделано.

--Вы слышали об противотанковых собаках?

--Слышал, но никогда их не видел.

--Насколько эффективными были российские противотанковые винтовки?

--Они легко проникают в PzIII и PzIV в стороне. Потом у нас были юбки-доспехи, и они должны были подойти ближе. Они были бесполезны против тигра. Они могли нанести какой-то ущерб, сломать гусеницу...

--О Тигре. Насколько они были надежны?

— Первая компания с «Тиграми» использовалась в Ладоге, недалеко от Волхова. Местность почти непроходима для танков, а была зима. Все тигры сломались! Это происходит всегда, с каждой новой технологией.
Существенным фактором надежности Тигра была подготовка водителя. Опытный водитель может уменьшить технические проблемы. Сначала, слава богу, у меня были опытные водители. Тогда у нас были молодые водители для Jagdtigers, и это была катастрофа. Мой личный танк № 217 продержался почти до конца войны.




--У вас было много потерь от артиллерии, самолетов или мин?

--У нас было мало потерь от самолетов. Артиллерия опасна только тогда, когда стреляет с наблюдателем. Без наблюдателя они редко били, это было не опасно. Но когда наблюдатель видит вас и наводит огонь, тогда вы должны уходить. В целом, дальнобойная артиллерия поражает танки редко, отклонение слишком велико.

--Вы больше боялись русских пушек или русских танков?

--Артиллерия более опасна. Я вижу танк, но пушку можно спрятать, чтобы её не было видно. Русские могли так хорошо прятаться, что пушку можно было заметить только при стрельбе. Это плохо.

--Вы были инженером. Насколько сложны были минные поля, насколько сложно их очистить?

--Я не был там очень долго. В основном у нас были противотанковые группы, которые сражались с танками в непосредственной близости. Это было полезно, как командиру танка, так как я знал, насколько опасны мины. Если бы я не был инженером, я бы боялся, но теперь я  знал, что ничего не может произойти.

--Русские получили СПГ в 1943 году с 152-мм пушками. Как вы оцениваете их?

--Ах, да, 15,2 ! Они были хуже танков, потому что их башни не поворачивались. Они были слишком медленными, с командной точки зрения. У нас был некоторый опыт работы с ними. Они были медленными и стреляли медленно. Если они не попали с первого выстрела, они труп! Враг не будет ждать их перезагрузки. Они хороши для поддержки, с низкими калибрами. 15.2 огромен, стрелка можно стрелять через ствол из винтовки.
Тогда немцы были достаточно умны, чтобы построить "Ягуары". Безумие!
Русские им не причинили нам большого вреда. Если вы ударите их сбоку, они станут легкой добычей. Однако однажды меня выбила самоходка. Это случилось в Нарве. Внезапно я поворачиваю налево, и самоходка стреляет в меня справа. Мой танк был полностью уничтожен.

--Могли ли штурмовики уничтожать танки?

 --Да, с ракетами. Честно говоря, они были неточными. У нас не было потерь от них, но они выглядели угрожающе. Было страшно, но они не попадали.

--Вы сражались на Вязьме весной 1942 года. Опишите это.

--Это неприятное воспоминание, мы не отдыхали ни днем, ни ночью. Я был офицером связи, отвечал за связь со штабом батальона и должен был доставлять сообщения пешком. Я думал, что это было неприятно.
Русские всегда атаковали, особенно ночью. День и ночь мы стояли в обороне, не спали, имели плохие запасы. Еда была плохой.


--Можете ли вы рассказать нам о своей первой победе в качестве командира взвода?

--Я ничего не могу сказать вам о победе, но я могу рассказать вам о моей первой неудаче. Взвод обедал, а я остался охранять. Когда взвод закончил обед, я хотел уйти тоже обедать, но потом обернулся и увидел, что пехота, которую мы поддерживали, поднялась в атаку. Это было оценено мною очень негативно.

--Ты помнишь свое первое танковое убийство, правда?

--Первый танк? Где это случилось ... ну, во-первых, это был не я, а мой стрелок. Первый танк ... Я помню, в Ладоге, Синявино.

--Это было уже в тигре?

--Да да На Pz38 (t) или PzIV . Когда мы сражались на Pz38 (t), экипаж Т-34 мог спокойно играть в карты.

--Вы видели, как русские солдаты включили танк на первой передаче, выпрыгнули, и танк поехал до немецких линий?

--Я видел это в Невеле. У меня есть фотографии! Это определенно исключение.
Если вы отпустите педаль газа, танк остановится. Они чем-то надавили, выпрыгнули, танк продолжал идти. Вы можете сделать это с машиной. Это смутило нас, нам потребовалось много времени, чтобы понять, что происходит.
Что касается того, как часто это было, я не могу сказать. Это определенно произошло в Невеле.

--Это был единственный случай?

--Да, это то, что смутило нас. Я никогда не видел это снова.

--Говорят, что главное качество танка это надежность?

--Я бы сказал, что их основными качествами являются мобильность и вооружение.

--Какую позицию вы бы дали надежности?

--Я могу говорить только о моей компании танков. Вы имеете в виду тигров, верно? Говорят, что часто было ненадежно. В моей компании почти ни один тигр не погиб в бою по техническим причинам. Они в основном ломались на маршах. У меня не было ни одной поломки тигра в бою!
Это всё зависит от водителя. Это 60-тонный танк мощностью 700-800 лошадиных сил. Вы не можете относиться к этому легко, вы должны двигаться с чувством. В противном случае что-то сломается. Я повторяю, у меня никогда не было поломки тигра в бою по техническим причинам!

--Вы использовали русский бензин?

--У нас никогда не было проблем с бензином, всегда было достаточно.

--У вас был запас водки в вашем танке, где вы водку взяли ?

--У нас в танке был блок взрывчатки, который мы должны использовать, чтобы взорвать его, если он может быть захвачен противником. Нам это не нравилось, и поэтому я написал в книге воспоминаний, что у нас есть водка на этот случай. Наша команда едва выпила, но у других были команды, которые пили очень много.
Наши враги ... ну русские много пили водки. К сожалению, пили часто. Русские напиваются без необходимости. Это нельзя было изменить, и их руководство не пыталось менять ничего в этом плане.
В большой игре Сталин был самым умным, хотя его планы не сработали. Был договор с Гитлером и дополнительные соглашения, с границей . Я думаю, он думал, что Гитлер застрянет во Франции, и у него будет время.
Мы закончили вовремя, и это была его ошибка. Мы совершаем ту же ошибку сейчас в отношении России, такую ​​же, какую совершил Гитлер. Надеюсь, это не приведет к таким же результатам.
Даже Бисмарк сказал, что мы должны поддерживать Россию, а не Америку или Израиль. В ГДР лозунгом нашего канцлера в одной речи было «учиться у Москвы - значит учиться побеждать!»
Теперь у нас есть Америка и Израиль. Я не боюсь, что в Европе произойдет что-то военное, серьезное, но это может произойти в Африке или где-то еще.
В Афганистане, когда мы уедем, все останется прежним. Русские пытались сражаться там до нас. Нам потребовалось 11 лет, чтобы понять, что ничего не изменится. А потом Ирак. Американское ЦРУ везде!

--У вас было личное оружие?

--У меня был маленький пистолет 7,62 мм, но я им никогда не пользовался. 8 мм был слишком тяжелым.

--Какой там пистолет-пулемет в танке?

--Да, но я не помню, я не использовал это.

--Вы сразу заметили Т-34 с длинной пушкой?

--Когда мы увидели первый танк, это не было неожиданностью. Мы знали о них и ждали. Это было даже опаснее, чем его предшественник. Т-34 ... это был отличный танк!

--Правда ли, что у офицеров была «боль в горле», и они стремились к Рыцарскому кресту?

--Да. У моего командира роты, моего предшественника, был крест. Сначала у командира батальона был один. Он честно заработал его, в атаках. Тогда мой командир взвода получил один, а потом я.
Ни у кого в батальоне не было рыцарского креста!
После битвы мой командир был почти обвинён военным судом за трусость. Его вытащили из его танка, я должен был принять командование. Он избежал суда, потому что Страхвиц был переведен. В противном случае все пошло бы плохо. Он даже сказал командиру стрелкового гренадерского батальона «Я получу Рыцарский крест сегодня!», Но это превратилось в катастрофу. Да, это случалось ...
Вы читали в моей книге, как я получил мой Рыцарский крест? Выстроившись в батальон, я стоял перед хижиной. Я чувствую себя плохо, я что-то поймал ...
Я бы никогда не носил медали в мирное время. Но в военное время медали дают небольшую, но заметную выгоду, по крайней мере, для моей компании.
Хорошо, я это запомнил. Представьте себе: молодой лейтенант, без медалей. Его капитан подходит к нему, заказывает что-то. Конечно, лейтенант должен сказать "Да!" И исполнить приказ.
Но если у лейтенанта есть рыцарский крест, он может сказать: «Отличная идея, вернёмся к разговору завтра». Я мог бы даже отказаться от заказа. Это было хорошо для моей компании.
Когда мы отдыхали, на стене в офисе компании висел Рыцарский крест. Круто для морального состояния!



--Почему бы вам не носить его в мирное время?

--Я носил крест это только для моей компании. В мирное время это не нужно. Я постараюсь объяснить это просто: если вы забиваете три мяча, а все говорят только о вас, команда выглядит плохо! То же самое с компанией. Сейчас я думаю, что носить мои медали неуместно. Это было важно только для меня из-за моей компании! Мы носили наши медали, чтобы представлять нас. Это мое мнение, которое я до сих пор придерживаюсь. Думаю, если бы у меня были другие мнения, я бы не пережил войну.

--Как ваше руководство относилось к вам, как кавалер Рыцарского Креста? Ждали ли они новых подвигов ?

--Нет, нет, ничего подобного. Я даже не хочу говорить об этом. Нам нужно только бороться со своим страхом. Те, кто считал себя героями, умерли. Вы должны бороться со страхом, страх является предпосылкой для храбрости!
Нам больше доверяли. Мы могли бы получить указ в бой. Как я уже сказал, мы могли бы сказать при ордене "креста" «нет» .
Я хочу привести пример. Когда я был ранен, это было плохое время для моей компании. Моя замена всегда была готова пойти в бой. Хороший был мальчик, очень мотивированный, но новичок. У него не было железного креста, вообще ничего!
Гренадеры будут ходить по нему. Приходил капитан пехоты или майор, велел ему что-то сделать, и он отвечал: «Да!» на все, даже если это была полная ерунда.
Я ничего не мог сделать. Я беспомощно лежал в госпитале и ничего не знал.
Эти медали также имели обратную сторону. Я должен был командовать компанией Ягуаров, и они были мне совершенно незнакомы. Представьте, что вы какой-то водитель, и вы получите нового командира с Дубовыми Листьями на его Рыцарском Кресте. Что вы думаете? Он убьет нас всех, но он заработает несколько медалей на наших костях !
Это то, что произошло в 1945 году . Главный сержант роты вызывает меня. В своем первом появлении я попытался объяснить, что моей целью было минимизировать потери до конца войны, поскольку она уже была проиграна. Только тогда они начали доверять мне.

--Играл ли Рыцарский крест роль в твоей жизни после войны?

--Отрицательно. Сначала мне пришлось бежать, так как французы искали меня. После войны у меня все еще были друзья, они предупреждали меня, что мне нужно бежать или оказаться в лагере военнопленных. Затем я получил разрешение учиться в Майнце и потерял "крест" за неделю до начала учебы. Затем я принял отказ от учёбы и отправилмоего брата во Фрайбург, к начальнику аптеки, чтобы он нашел мне место. Он был действительно хорошим немцем из Кенигсберга. Он сказал моему брату, что возьмет меня, хотя в лаборатории не осталось мест. Мне немного повезло.
Сегодня на митингах кавалеров кидают в нас яйца. Иностранцы уважают нас, но местные жители относятся к нам как к преступникам. Так в Германии. В Мюнстере, откуда родом моя мать, они сняли все мемориальные доски, кроме Бундсвера. Нет традиций!
Люди наносят наклейки «убийцы» на наши машины. Они могут сделать это из-за демократии. За рубежом, в России говорят, что у нас есть свобода мнений. Здесь, если кому-то, есть что сказать, закрывают рот.
Помню, в ГДР был лозунг: «Учиться у Москвы - учиться побеждать». Говорят, что Меркель училась в Москве, в свое время. Я всегда был очарован русской культурой. Даже в самых маленьких деревнях, как они танцевали! Я все еще вижу это. И музыка захватывающая.
Русские в деревнях всегда говорили: «Сталин хороший, был плохой». Русские не знали, что хотел Сталин.
Я солдат, я не могу сказать ничего плохого о гражданских лицах. Мы помогали собрать урожай простым русским людям при наступлении на Россию. Сталин хотел всё уничтожать до "выжженной земли".
Конечно, русские заключенные голодали. Это нормально. Мы тоже были голодны. Это было слишком требовательно, чтобы на войне ещё и быть сытым. Поймите, что если вы получите 50 или 100 тысяч русских пленных, вы не сможете их накормить, никакая логистика не справится.
И эти добрые западные союзники ... они сожгли то, что у нас было. В Рейнгау и других местах. У меня нет претензий к русским или Восточной Европе. Именно западные союзники , англичане и американцы были самыми ужасными. У них было все, и они уничтожили то, что имели другие люди. В итоге нечем было пленных кормить. Русские пленные были у нас голодные, мы не были пленные в Германии, но тоже были голодные из-за Западных "Союзников"

--Вы слышали о приказе комиссара?

--Все слышали о приказе, но я никогда не видел его выполненным. У меня даже есть фотография, где захваченный комиссар сидит на моем танке. В худшем случае это было сделано в тылу. Ничего подобного не может произойти на переднем крае, но все может произойти сзади.

--У Вас лично была к русским ненависть? Вы когда нибудь стреляли в человека?

--У меня было желание жить. Это был инстинкт самосохранения. У любого солдата было это. Лучшее доказательство того, что я сказал, это то, что мы не стреляли ни в кого, кто не мог защитить себя. Например, экипаж выбитого танка. Мы стреляли только тогда, когда были в опасности в того у кого было оружие.

--Стреляли в ненависте?

--Не могу так сказать. Было сострадание к тому в кого стрелял. Стрелял в сострадании!

--Российские ветераны мечтали о том, что будет после войны. Об этом вы говорили со своими товарищами?

--Мы всегда говорили, что после войны мы будем надирать задницу всем, кто остался дома, пропагандистам и членам партии. Тем, кто отправил нас в Россию. Нашей мотивацией было «держать врага подальше от границ рейха». Трудно дать положительную оценку русской армии, но, к примеру, французы сражались намного хуже. Немецкая армия лидирует по дисциплине, человечности, боеготовности. Многие отвратительные вещи, которые союзники англичане и американцы позволяли себе, были немыслимы для нас немцев на фронте.

--Вы узнали на войне нового что-нибудь о русских?

--Мне не нужно было ничего изучать, я уже все знал. Что я могу сказать о русских? Их плюсы - верность своей стране, самоотверженность даже у сельских жителей. Если бы мне пришлось выбирать, где жить, это было бы не на Западе, а только на Востоке. Чайковский и Достоевский гораздо ближе мне, чем западные композиторы и авторы. Толстой! У меня есть все симфонии Чайковского. Мне также нравится Рахманин.

--Самое важное событие в вашей жизни?

Война -это молот. Некоторые сломались, некоторые стали сильнее. Мы были скромными и не такими требовательными, как современная молодежь. Теперь они хотят слишком многого, они эгоистичны и материалистичны. Теперь самое важное для меня - это здоровье, а потом мир.
Война - худшая альтернатива в политике, но мир ничему не учится. Сейчас войн больше, чем было тогда. Я этого не понимаю, иногда мне кажется, что мы возвращаемся в средневековье.

--Что делает хорошего солдата?

--Дисциплина. Нужно выполнять то, что написано в его солдатской книге. Правильное поведение должно быть и по отношению к гражданским лицам и заключенным. Гуманное поведение, нормально!
Если вы хотите узнать, насколько серьезными были наши наказания за насилия над мирным населением и пленными,, прочитайте военный кодекс. Если они были пойманы. Насильников казнили, если их ловили, конечно.

--Что делает хорошего офицера?

--Смирение и забота о своих солдатах. Подавать пример! Совесть и верность. Уверенность в себе, но и смирение. Делай больше, меньше рекламируй себя и свой труд. Делай больше чем говоришь. Я думаю, что это очень важно для офицера.

--Мы уверены, что вам это удалось.

--Я надеюсь. Я думаю, что в противном случае у меня не было бы потока почитателей после того как я вернулся из заключения после тюрьмы Апостол Петр мне в свидетели.
Один из моих фельдвебелей в Вене. Позвонила его жена и сказала, что он в больнице. В его комнате было еще 20 человек, и они плохо заботились. Я поехал в Вену, пошел к главному врачу. Его перевели в комнату на двоих! Это дух товарищества! Или сержант Керче! Он жил в баварском лесу, как в самой дальней русской деревне. Грязи нет, дорог! Я хотел удивить его , я поехал к нему в 1952 году, когда он вернулся домой. Я пошел, чтобы увидеть всех, кто вернулся. Мать спала в коридоре, вокруг нее ходили куры, очень примитивно. У них было четверо детей. Такая бедность! Я сказал ему: «У тебя ничего не будет! Если хочешь воспитывать своих детей, иди в Бундсвер!» Два офицера служили в Бонне, один был моим инспектором, а другой командиром резервного батальона. Я пытался убедить их взять Керче. Они сказали: «Да, да, нам нужны сержанты». Тогда другой офицер подошел ко мне и спросил, чист ли он, совершил ли он какие-либо преступления. Я поручился за него. В результате один из его детей стал врачом во Фрайбурге, другой оказался в наблюдательном совете BMW, его дочь имеет три магазина и три дома в Ингольштадте. Другая дочь - директор торгового центра. Мы вытащили их, подняли!
Другой товарищ был генералом в Бундсвере. Он также всех вытащил, он был преданным танкистом и стал генералом. Сейчас он в доме престарелых. И он даже не хотел идти в бундесвер! Но он не мог пойти в университет, потому что был слишком стар, когда вернулся.
Но мое самое большое достижение? Моим самым большим достижением является увольнение моей компании 18 апреля 1945 года, когда все мои солдаты смогли вернуться домой и избежать захвата.

Интервью: А. Драбкин
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • ДОНВЛЕПОДРАЖАТЕЛЬНЫЕ ПРАВОСЛАВНЫЕ

    ЧТО ГОВОРЯТ МОСКОВСКИЕ РОГОЖСКИЕ СТАРООБРЯДЦЫ О ПРАВОСЛАВНЫХ ПОДРАЖАТЕЛЯХ ДРЕВЛОПРОВОСЛАВИЯ КАКИМИ ЯВЛЯЮТСЯ ЛАТВИЙСКИЙ АРХИЕРЕИ МОСКОВСКОГО…

  • МИФЫ РПЦ

    --За КГБ и КПСС, поехали! --Ну, с Богом! РАНЬШЕ С АМВОНА БЛАГОСЛАВЛЯЛИ, А ТЕПЕРЬ БОДАТЬ СТАЛИ

  • ФОТО-ФАКТ

    «Ибо где сокровище ваше, там будет и сердце ваше» (Матф.6:21). ОЧЕНЬ ПОКАЗАТЕЛЬНО С МИТРОПОЛИТОМ ИЛЛАРИОНОМ ИЗ РПЦ Зелёные бумажки…

Comments for this post were disabled by the author