filaretuos (filaretuos) wrote,
filaretuos
filaretuos

Categories:

Советская жизнь при Хрущёве на Кубане в конце 50х начале 60х годов

Воспоминания Павла Назаренко.
Старшины Казачьего Кубанского Войска.


О Ценах в конце 50х -  начале 60х годов 20 века


Радиоприемники от 325 р. /рекорд/ и до 2500 рублей. Мотоциклы 8500 р. велосипеды 600 р. швейные машины 1500 р. Виноградные пульверизаторы 310 р. Инструменты, вообще, очень дороги и их очень мало. Посуды почти нет. Тарелок я не видел, чайных стаканов — тоже. Кастрюли когда привозят, то создаются неимоверные очереди и все берется с «боем», т. е. кто нахальнее.

Строительных материалов нет. Самое главное гвозди и их нет и за ними люди едут в Сталинград за сотни километров. Для крыш там большая потребность в шиферных пластинах. Их цена по государственной расценке 4 р. и 50 коп., но ордер достать невозможно и покупать приходится от «ловкачей» по 20–25 руб. за штуку.

Черепица 670 руб. за тысячу. Кирпичи 370 рублей за тысячу. Все материалы добываются с трудом. Стекла для окон, если надо, то можно купить в сельсовете, но для этого необходимо сдать полагаемое количество яичек по государственной цене, т. е. 6 руб. за дюжину, а чтобы купить на базаре по вольным ценам, надо заплатить 10 руб. за дюжину, т. е. чуть ли не вдвое дороже.

За дверными и оконными ручками-райберами, навесами, краской, щетками, надо ехать в Краснодар, но и там всего, что тебе надо, не найти, и приходится идти на всеимеющую «толкучку» — там все найдется, но уже по другой цене, но делать нечего, раз надо, то надо и платить сколько просят, т. к. и ему не особенно дешево досталось. Сколько и он, бедный, страха претерпел, пока вынес украденное на заводе, да и продает тоже с оглядкой, не следит ли кто, не стоит ли доносчик за спиной?

В продуктовых магазинах перебои большие: сахар привозится один раз в 2–3 месяца, по 10 р. килограмм и то если успеешь получить и если есть во что его взять, т. к. никаких кульков, ни бумаг продавщица не дает. Со сливочным маслом такая же история. 1 кг. 27 р. 40 коп. но с бумагой. Маргарин 13–15 р. кг. Постное масло 14–15 р. литр, халва 12–14 р. кг. но бывает очень редко. Конфеты самые ходовые или вернее, самые доступные советскому обывателю — по 9 р. и 10 коп. бывали, но очень редко, а по 34 рубля за 1 кг. бывали всегда.

Колбаса и ветчина по 15 р. самая ходовая привозилась в два месяца раз. Ливерная колбаса по 4 р. кг. тоже редко привозилась и несмотря на то, что она скоропортящаяся, ее набирали по несколько килограммов. Мука, самая доступная для бедняков, по 1 р. 60к. за кг., редко бывала в магазинах, а дорогая, последнее время, не выбывала. Мясо в ларьках /на базаре/ можно было купить, если пойти пораньше и продавалось частными лицами, свинина 16 р. кг., говядина — 14 р. кг., баранина — 12–15 р., козлятина — 8–10 р. куры 20 р. штука, гуси 35–40 р., утки 25 р., индейки 40–50 р., яички 10р. дюжина, молоко 2 р. 50 коп. литр.

Смалец 25–30 р. кг. пчелиный мед 25 р. за кг. Тростниковый 2 р. чайный стакан, а баночка в 600 гр. — 5 руб. Вино колхозное на базаре 10 р. литр, в магазинах — 0,3 лит. — 14–18 р. Водка 0,5 литра 28 р., Краснодарская 24 р. 0, 5 литра. Самогонка из-под полы, продавалась 30 р. за литр. Пиво 0,5 лит. /бутылка/ 2 р. 30 коп. пустая бутылка принималась за 1 рубль.

 Кожаные туфли 350–300–280 руб., парусиновые 40 руб. Сандалии свинной кожи 48 руб., сапоги — кирзовые /имитация кожи/ брезентовые голенища и кожаные переда с резиновой подошвой — 114 руб.

Ботинки кожаные с резиновой подошвой 60–80 руб. /Цены до девальвации рубля 10 к 1/. Головные уборы кепи от 25 до 200 руб., — шляп не пришлось видеть.

Рубаха приличная, но не из лучших, стоит 100 руб., носки 5–7-14 руб. но служат они очень короткое время от одной недели до одного месяца.

Хлебный вопрос 

Это главный вопрос о питании человека, а особенно бедняка.

В 1955 году хлеба не хватало. У хлебных ларьков очереди стояли все время, но часто хлеба было мало. Ларек закрывался и многие уходили домой без хлеба. Чтобы иметь больше шансов на получение хлеба, встаешь за 2–3 часа до рассвета. Ночь темная. Мороз, хотя и не особенно крепкий, дает себя чувствовать. Идешь во мраке, спотыкаясь о кочки и думаешь, ну теперь я, наверно, буду первым, а если не первым, то в первом десятке. Подхожу к ларьку. Из темноты виднеются силуэты стоящих и сидящих, ожидающих хлеба и их то не так уж много но, наверно, больше чем за полсотни.

Занимаю очередь, а за мной идут и идут, выныривая из мрака все новые и новые лица за «насущный» хлебом. Мороз к утру крепчает. Вся толпа приходит в движение. Топчется с ноги на ногу.

Молодежь прыгает, бегает, чтобы согреться и так до открытия ларька, когда хлеб испечется и перебросится в ларь. К 6–7 часам утра ларек открывается и сразу, как по команде, длинная очередь вытягивается, а к хвосту ее все прилипают и прилипают запоздавшие, кого сон обманул.

Горькая жизнь научила граждан и гражданок быть в очередях и соблюдать дисциплину — не легко «ловкачу» вспрянуть вне очереди и получить булку хлеба. На него грозно обрушиваются. Даже привилегированные и те с трудом могут получить вне очереди.

Цены на хлеб в 1959 г. были: темный — 1 кг. 1 р. 38 к. Серый — 1 р. 52 к., белый — 2 р. 36 к. — 2 р. 75 к. — 3 р. 10 к. — и 3 р. 95 коп.

Индивидуальное строительство 

Народ не дождавшись государственных квартир, с 1958 года в особенности, начал самостоятельно заниматься постройкой дома для себя, но это не идет так легко, как многие думают.

План /землю/ если не имеешь, можно получить, где либо на окраине станицы, после долгих оббиваний порогов у председателя колхоза и бесконечных просьб, но строительный материал раздобыть не легко. Надо купить саман — 900 рублей за 1 тысячу штук /по старым ценам/, кирпич, если по ордеру то 370 руб. за тысячу, что почти невозможно, а у перепродавцов много дороже.

Деревянный дом тоже дорог. Надо купить лес у воров леса: балка 00–70 руб. штука, для крыши черепица 68 руб. за сотню. Шифер 110x80 см. 4 руб. 50 коп. по ордеру, но ордер получить невозможно и люди покупают у «леваков» по 20–25 руб. за штуку. Доски для полов, дверей, окон 700–800 руб. за один кубический метр, а за гвоздями, как я уже сказал, надо ехать за 200–300 кил.

  Браки 

Молодые, вступая в брак, придерживаются в станицах, старых обычаев, но не в полно. Сватовство идет по старому обычаю. Перед свадьбой невеста одевается в белое платье и фату с цветами, с дружками /подругами/ ходит с «шишками» по станице, приглашая родню на свадьбу. Песни дружек разносятся по всей станице, а невеста обдаривает низкими поклонами всех старших, т. е. хозяев и хозяек, вышедших посмотреть на новую невесту.

Жених тоже с дружком /шафером/ ходит по станица к своей родне, приглашая /с водкой/ их принять участие в свадебном торжестве.

Венчание происходит просто. В церковь идут очень немногие из-за большой платы — 150 руб. за венчание, а в «Захсе» 15 рублей.

Вот они и ограничиваются только «Захсом». Свадебная пирушка происходит по старому, но с многими ограничениями — беднее.

Счастливых браков бывает немного. Многие пожив 5–6 месяцев — расходятся. Особенно непостоянны мужчины, избалованность их больше, чем у женщин.

 

  Крещение детей

Детей в настоящее время, почти всех крестят в церкви, даже подростков, не крещенных в свое время, начали крестить. Так в 1957 году 7 ноября, мне пришлось быть крёстным отцом пятилетней девочки. Тогда в церковь было приглашено около 50 душ детей.

Всяк кум должен был заплатить по 55 руб. за крещение ребенка. Крещение совершалось правильно, как это делалось и раньше.

 

  Похороны

Погребение умерших совершается немного иначе от прежних времен. Мертвеца, смотря кто он по положению, если он партиец, или колхозник, везут на машине или на подводе. Провожающих больше или меньше бывает, смотря по важности умершей особы. Захудалый оркестр играет похоронный марш или интернационал.

В церковь не заносят. Священник в погребении не участвует.

Везут прямо на кладбище. Опускают в могилу после громких речей, восхваляя партию и вождя. Засыпается могила. Над партийцами ставится пирамидального вида памятник с пятиконечной звездой на его шпиле. Обыкновенных смертных но колхозников и не партийцев погребают по старым обычаям, но тоже без участия священника.

Священнику приносят землю в церковь: он над нею делает обряд отпевания. Эту землю возвращают в могилу. Ставится крест и могила заполняется.

 Вера

Сколько не стараются коммунистические заправилы и их помощники — безбожники искоренить веру в своем земном «рае», она наоборот, еще сильнее, еще с большей силой вкореняется в людскую толщу.

Под бременем настоящей тяжелой жизни, людям не к кому обратиться за помощью, за утешением, не у кого просить защиты и они все свои чаяния и упования направляют к Всевышнему Творцу, прося защиты и избавления от красной нечисти. Даже многие из отщепенцев и гонителей на православную веру и исповедующих веру Иисуса Христа, во время революции, начали посещать церковь и молиться Богу…

Баптисты недремлюще работают. Они ревностно стараются привлечь в свою секту православных малодушных, колеблющихся и это им не редко удается. В этом во многих случаях, являются виною сами священники. Их неподготовленность, безразличие и халатное отношение к своему долгу пастыря, который не старается удержать свою паству, но зачастую сам, своими делами и поступками в отношении к верующим, отталкивает их от церкви.

Так священник прихода, где я жил с 1955 по 1959 год, на поминках на кладбище, заявил пастве: «Кто не заплатит пять рублей, на могиле служить не буду». Хорошо тем кто имеет пять рублей, а сколько таких, что и рубля не имеют: значит их покойники не удостоятся моления над могилами, священника, и эти могилы не почувствуют запаха благовоний ладана над ними, как у тех богатых, которые имеют пять рублей.

Частная жизнь «попа» и его попадьи была ниже всякой критики. Она даже пьяной являлась на клирос петь и не стесняясь ругаться площадной бранью, даже в церкви. «Поп» тоже напивался, но не так часто. Удивляться этому но приходится т. к. Москва старалась иметь духовенство почти все из агентов МВД.

Баптисты пользуясь такими случаями и, указывая пальцами на чинимое, обливают грязью все священство, веру и верующих и, еще энергичнее стараются привлечь к себе поколебавшихся духом. Их секта все больше и больше ширится и не только по всему «свободному» советскому союзу, но даже и лагерях заключенных.

 Праздник Рожд. Христова

Канун Рождества Христова. До сумерек еще часа 2–3, а по станице уже издалека белеют узелки в руках детей подростков:

«Носят вечерю», хотя до вечера еще далеко, но дети со счастливыми личиками спешат к своим родным: дяде, тете, дедушке, бабушке или просто к хорошим знакомым.

Глядя на их радостные, сияющие личики и мне хочется радоваться с ними, их радостям. Ведь мы тоже такими были. Ведь этот обычай-наш обычай, испокон веков, оставлен и живет до настоящего времени, но взирал ни на какие козни и усилия безбожников и коммунистов, вырвать все эти религиозные обряды и вору из сердец люде

 

  Крещение воды

Вечером, пород праздником Крещения 6-го января по старому стилю, народ, начиная с трех часов дня, снует вперед к церкви и обратно. Мрак успокаивает всех. Станица засыпает и в 12 часов ночи, когда сон, крепко сомкнув глаза обывателям, сжав их в своих приятных объятиях, когда души их витают где то, забыв все мирские невзгоды, вдруг, разрывая ночную тишину, раздаются одиночные выстрелы и вскорости превращаются в частую стрельбу, как на поле брани продолжающуюся минут 15, возвещая о наступлении праздника.

В 4 часа утра встаю и иду к церкви. Еще темно. По улицам со всех концов станицы вижу торопящиеся фигуры с посудой в руках: кто с кувшином, кто с чайником, кто с кофейником и пр. и пр.

И все устремляются на возвышенность к церкви. Подхожу и я к ограде. Довольно большой двор — церковный, уже полон людьми.

Внутри у ограды, вокруг церкви, бесчисленное множество мигающих огоньков — свечей, слившихся, на первый взгляд, в одно общее огромное огненное кольцо, освещая торжественные лица склоненных фигур, ждущих появления священника, освящающего воду.

На рассвете служба в церкви кончается и священник с хором, поющим: «Во Иордани крощающуся Тебе Господи», выходит во двор.

Освятив волу в кадке, священник идет вокруг ограды, освящая воду ожидающих. С освященной водой люди быстро уходят освобождая место другим ожидающим в стороне; и так пока не будет освящена вода всем, круги вырастают по 3–4 и 5 раз.

После освящения моей воды, собравшись, иду к выходу, но далеко идти самостоятельно не пришлось. Живая масса людей всасывает тебя и несет помимо твоей воли вперед. Невольно приходится подумать о благосостоянии своих ребер, но ото длится не так долго.

Через несколько минут за воротами делается «разрядка». Плотная масса рассыпается, как из мешка орехи и с веселыми, довольными лицами, свободно вздохнув, разбредается по всем направлениям к своим жилищам, где надо написать мелом или выжечь кресты свечей на дверях и окропить освященной водой, по старым обычаям, всё: и людей и скотину, если имеется, деревья и виноградники.

Это наблюдается в казачьей среде и до настоящего времени.

Пасха  

Прошла страстная неделя, как в старое дореволюционное время и наступил день пасхальный. Подымаюсь в три часа ночи и спешу к церкви, чтобы захватить место, и в первую очередь освятить «пасху» — кулич, но вижу, что для первой очереди я, чуть не последний. С освящением пасок, яичек, соли и кусочка сала или колбасы, если они имеются, происходит такая же картина, как и с освящением воды на Крещение на заре.

Очереди меняются и не меньше четырех раз.

Праздник Пасхи встречается очень торжественно, и этой торжественности содействует то, что он в воскресение, а не как Рождество Христово, и люди, почти все свободны от работ.

Все обычаи соблюдаются, как и в дореволюционное время, но на много беднее. К церкви люди приходят и приезжают на грузовых машинах, даже за 20 кил. из мест, где церкви были разрушены коммунистами в 1918 году.

Партийцы в церковь не ходят и детей своих не крестят, но простой народ и сейчас тянется к церкви, особенно старших и сред — них лет, посещают церкви исправно, но среди них бывает не мало и молодежи. В большие праздники, как Рождество, Крещение, Пасха, если не придешь в церковь за три четверти или пол-часа раньше до начала службы, ты в церковь не сможешь протолкнуться, церковь переполнена. Церковь не в состоянии вместить всех верующих, желающих ее посещать, и толпа в 100–200 и 300 человек, молится на дворе, у входов в церковь, не взирая на время года.

С молитвой священник по домам не ходит.

Больница 

В станице есть одна больница. В ней мне не пришлось бывать, но те, кто там лечились, отзываются очень плохо о медицинском персонале, начиная от врачей, сестер и до санитарок. Лечение слабое, а еще слабее уход за больными. Плохое питание и грязь.

Больные, в нужные моменты, не могут дозваться сестер и санитарок и вынуждены помогать друг другу.

Для осмотра и лечения легко больных ость амбулатории. Бели желаешь попасть на осмотр, приходишь за 2–3 часа занять очередь, иначе принят не будешь, так много собирается больных. — Осмотр делается бесплатно, а лекарства в аптеке за свои деньги.

Врачи, особенно мужчины /их было два/ были очень внимательны к больным, женщины же /врачи/ более грубы, особенно к своим пациенткам, почему пациентки и старались идти к врачам мужчинам.

Врачам полагалось принять десять пациентов. Зуболечение и пломбировка зубов — бесплатное. Искусственные зубы и коронки делались за плату из расчета 20 руб. за зуб. Больных набиралось очень много.

   Москва  

Так вот она, знаменитая Москва — столица с престолом диктатора, — вождем интернационального коммунизма. Колыбель пролетариата — угнетателя мирных народов, свободолюбивых, не жаждущих крови.

Пролетариата грабителя и уничтожителя, не только людей, но и всех достопримечательностей и исторических вещей Русского Народа.

Но как ты, хваленная и воспеваемая, бедно выглядишь! Несмотря на все славословия и восхваления о сверхплановых достижений, ты стоишь угрюмой со старыми потускневшими от времени домами и без заботы о них. Не вижу я радостного, веселого вида столицы.

Нет блеска, нет шума городского, как в городах свободного мира за границей. Пышности совершенно не видно, но убожество всюду сквозит. Все говорит о недостатках, об общей нищете, овладевшей богатую раньше страну. Народа на улицах не много. Пассажирских автомобилей очень мало. Трамваев и автобусов тоже не так много.

Подземное «метро» есть, я был в троих. Оборудование не плохое и сообщение довольно хорошее. Относительно торговых магазинов — бедность; их видно очень мало и они ужасно бедны. Недалеко от мавзолея есть знаменитый на весь СССР — «ГУМ» — государственный универсальный магазин. Побывал и в нем и разочаровался.

Далеко ему до дореволюционных магазинов и никак не сравнить с магазинами Майера и др. магазинами в Мельбурне в Австралии.

Невдалеке от «гума» приютился у кремлевской стены мавзолей коммунистических «святых» — Ленина и Сталина, заливших все русское государство народной кровью, уничтоживших миллионы добрых граждан и в конце концов выброшенного Сталина, как падаль, соперником Никитой Хрущевым.

Очередь в несколько сот душ — баб и подростков — русских паломников, пришедших поклониться, или просто посмотреть на спасителей от «старых кровавых угнетателей», которые не пролили и сотой части той крови, что пролили их вожди, ждали когда откроется дверь и начнется поклонение остаткам кровопийц. Побывал и я в музее Ленина. Я не знаю, почему они назвали музеем, эту выставку жалких картин. Он из себя ничего особенного не представляет. Настоящая скромная выставка не многочисленных картин из «завоевания революции» и некоторых пожитков Ленина: шинели и шлема, подаренных красноармейцами и еще какой то неважной чепухи.

В центре где я был и видел много церквей /в прошлом/, они в настоящее время превращены в склады, клубы и театры. Вместо снятых крестов, водрузили какие-то шесты-шпили. Невдалеке от мавзолея и сзади «ГУМа» /метров 200/ стоит нетронутая одна церковь, кажется собор Св. Василия. Эту единственную церковь, не разоренную, я видел, оставленную, вероятно, для очковтирательства иностранцам, желающим посетить мавзолей. Вот мол: «смотрите, а это же церковь, а злые языки говорят, что мы разорили все церкви и религию строго преследуем, все это ложь наших врагов».

Так вот, я отправился первым долгом в отделение виз и написал заявление. Заплатил 10 рублей и визу продлили на двое суток.

Иду в интурист. Получаю комнату за 45 рублей в сутки.


 конце 50х

Subscribe

Comments for this post were disabled by the author