filaretuos (filaretuos) wrote,
filaretuos
filaretuos

Category:

Вишковские евреи. ФОТО



МЕСТЕЧКО ВИШКИ


Историческое происхождение имени Вишки, которое объясняется с помощью санскрита. [примечание переводчика: принято считать, что древние предшественники сегодняшних латышского и литовского языков были самыми близкими к санскриту языками из всех европейских языков] Санскрит был древним научным и религиозным языком в Индии. Слово «виш» означает «входить», «входить», а слово «кр» - «действовать», «торговать», «получать». Комбинируя эти слова, образуется выражение - «место или квадрат, который вводится, чтобы торговать, действовать, получать». Если говорить более кратко, то «рыночная площадь». Очевидно, первая такая «рыночная площадь» в нашем регионе образовалась в месте, которое называлось Вишки.

ВОСПОМИНАНИЯ МЕСТНОГО ЖИТЕЛЯ

Мой друг Лейзер Думеш родился в Вишках. Я спросил его, может ли он рассказать мне, какой была жизнь в Вишках в детстве, потому что я хотел представить себе, какой была жизнь моего деда 30 лет назад. Это его история.

Между прочим, хотя дед Лейзера жил рядом с моим прадедом, и нас обоих зовут Думеш, на самом деле мы не связаны, по крайней мере, по отцовской линии. Мы подтвердили это с помощью тестирования Y-ДНК.

Детство в Висках в 1930-е гг.

Я родился в 1930 году в Вишках и прожил там до октября 1940 года, когда мне было всего 10 лет; Я был всего лишь маленьким еврейским мальчиком и, конечно, мои воспоминания о Вишках очень детские и наивные.

Что я запомнил всю свою жизнь, так это то, что Вишки были большим районом / городком, полным людей и все время кипящей жизнью. Я был очень удивлен, когда узнал на Dumes.net, что в 1935 году в Вишках проживало всего 400 с лишним евреев, мои детские воспоминания заставили меня подумать, что в то время евреев было намного больше. Когда во время войны в России или после войны в Риге меня спрашивали, большой ли Вишки, я всегда давал в ответ оценку в 3000 с лишним человек.

В Вишках не было промышленности, в основном ремесленники и разные торговцы держали небольшие лавки и лавки, обслуживающие местных жителей и прилегающие фермы и деревни. Для молодых не было возможностей трудоустройства, поэтому люди уезжали из Вишков в Двиснк (ныне Даугавпилс), Ригу, Россию, Америку и другие страны. У моего деда Геноха Думеша было 10 детей, и к 1935 году в Вишках все еще жили семьи его старших дочерей Геты и Эльки и младшего сына Исраэля (моего отца). У моего деда по материнской линии, Дэвида Блеймана, было 7 детей, и к 1935 году в Вишках остались только семьи его двух дочерей Кейла и Блюма (моя мама).

Несмотря на все это, Вишки по тем временам были очень оживленным и оживленным местом. Дважды в неделю в центре города, на довольно большой площади, устраивались торговые рынки, на которые собирались покупатели / продавцы со всех концов города, в том числе из Краславы, Дагды и других мест. Торговля была очень бурной; Здесь продавались молочные продукты, птица, мясо, мелкий и крупный скот, фрукты и овощи, различные поделки. Рынок отделяли от главной улицы ряд сараев, складов и лавок, стоящих на одной стороне. Все магазины в Вишках располагались на этой улице у рынка. Когда мама посылала меня купить какие-нибудь мелочи (хлеб, соль, сахар, спички и т. Д.), Я заходил в один из таких магазинов, которым управлял дядя Осик (уменьшительное русско-идиш от Йосефа), и всегда получал что-нибудь вкусное в подарок (конфеты , виски, халва и т. д.). В этом месте у рынка всегда, кроме субботы, было много людей, лошадей и телег.

Между улицей Шульгаса и дорогой (служившей для всех подъездом к Вишкам) было большое поле. Дважды в месяц, в определенные дни, на этом поле проходил Фердмарк (идиш, обозначающий конный рынок). Здесь продавали не только лошадей, но и коров, овец, свиней и другой домашний скот. На это мероприятие приезжало еще больше трейдеров, даже из Двиснка и Резекне. Так что да, осмелюсь предположить, что Вишки были крупным местным торговым центром.  

Конечно, в Вишках жили и богатые, и бедные. Я вырос в семье мастеров. Мы не были ни тем, ни другим, сегодня нашу семью назвали бы средним классом, и, думаю, так оно и было. Отец был сапожником; он вырезал кожаные заготовки для обуви. Мать шила женские платья и пальто. Не скажу, что клиенты приходили стаями, но у них была своя клиентура из местных и соседних фермеров. Рядом с нашим домом находился дом Дэвида Блеймана (мой дед по материнской линии), который тоже был сапожником, и часто прямо здесь дедушка Дэвид шил обувь из заготовок, которые делал мой отец.

Мы жили на улице Шульгас. Он начинался от синагоги и был не очень большим, около 600-800 метров в длину. За улицей был луг, за лугом - озеро. «Шуль» и «Газ» на идиш означает «синагога» и «улица», отсюда и название улицы. Если кто-то сказал: пойдем вечером в синагогу, они имели в виду синагогу.

Мы жили в большом деревянном доме. Войдя в дом, можно было сначала попасть в мастерскую моих родителей, небольшую комнату площадью около 16 м2 с двумя швейными машинками (одна машина Zinger для обычной ткани для моей мамы, а другая для кожи для моего отца) и большим столом для измерения и резка заготовок. Затем был вход в гостиную, выходящую в длинную комнату, отделенную большой кирпичной печью, топимой дровами. Его использовали для приготовления пищи, а также отапливали весь дом. С другой стороны дома был двор, небольшой сад с яблонями, грушами и ягодами. Был также огород размером 10-20 м2, где выращивали картофель, капусту, лук, морковь и свеклу.

Каждую весну какой-то человек с лошадью приходил в сад копать землю, а мы следовали за ним, чтобы посеять картофель. Затем он пришел осенью, чтобы снова выкопать его, чтобы собрать картошку. Во время посадки и сбора картофеля приходили на помощь племянники моих родителей. На заднем дворе был выкопан глубокий и холодный подвал для хранения овощей. Такие сады были довольно распространены, по крайней мере, на улице Шульгаса они были почти в каждом доме.

Не скажу, что наша семья была очень религиозной, но мы соблюдали все праздники и соблюдали Шаббат. Каждую пятницу мама зажигала свечи и готовила праздничный ужин с вкусной домашней кхале. Мы с отцом ходили в Шуле на вечернюю молитву. Перед школой я ходил в Chedera на год или два. В общем, запомнился этот раз как нескончаемая череда праздников и фестивалей. После новогодних праздников, немного погодя, приближалась Ханука, потом Пурим, потом Песах… Я очень любил эти праздники.

Я любил Суккот. Я помогал отцу строить Сукке, а потом мы проводили в нем большую часть недели. Мама готовила разные закуски: чимес, гепектеле флейш, тейгелах, лекеч, имберлех и другие.

Я очень любил Ханнуке. В каждом доме, мимо которого вы проходили, горели свечи в окнах, и все угощали нас, детей, латкесами (что-то вроде блинов). Почти в каждом доме были латке, и почти в каждой семье был свой особый способ приготовления (из муки, картофеля или творога) или подачи (с ягодной заправкой, с яблоками и т. Д.). Дедушка Генох делал для меня красивый дрейдл - четырехстороннюю шапку для битья с буквами еврейского алфавита на каждой стороне, в которую мы играли с другими детьми. Кроме того, я получал ханнуке гельт.

Я любил Пурим, это всегда было очень весело. Дедушка Генох всегда делал мне очень хорошую погремушку. Дрейдлы и погремушки Генох делал не только для меня, но и для всех своих внуков и правнуков, которых у него было много. Я шел в Шуле с погремушкой, что там творится ?! Детям разрешалось делать все, что угодно: вертеть погремушки, стрелять из игрушечных пистолетов, кричать и шуметь. В синагоге было сплошное веселье, все смеялись и угощали друг друга Оменташеном (маленькие треугольные лепешки со сладкой начинкой). Моя мама очень хорошо их пекла. После войны в Риге мама каждый Пурим пекла мне оменташен.

На Песах мама своевременно начала убирать в доме чемез и готовиться к праздникам, заранее закупая мацу, рыбу, мясо и другие пасхальные товары. Мама очень хорошо готовила рыбу гефилте. Очень понравились торжественные обеды на первом и втором седере, рассказывая о традициях и корнях праздника. Я задавал отцу Огненный Кашен (четыре вопроса), и он ответил. Куда бы я ни пошел в Песах, это было торжественно и прилично.

А в Вишках мне было куда пойти. У меня было много двоюродных братьев и сестер, многие из которых были одного возраста. В семьях братьев и сестер моих родителей Геты, Эльки и Кейлы были дети и внуки. Больше всего я любил навещать свою тетю Гету. Они жили на вершине холма возле двухэтажной латышской школы. Въезжая в Вишки со стороны Даугавпилска, не свернув направо на улицу Ригас, а продолжая прямо, метров через 500 будет эта школа, а через 200 метров будет дом Геты, он находится прямо на краю Вишки. У них был большой красивый дом и целое хозяйство с ухоженным красочным садом.

Теперь от этого дома ничего не осталось, как и от большинства еврейских домов в Вишках, в том числе и нашего. У тети Геты была большая семья, были дети, внуки и даже внуки (я думаю). Многие из них были моего возраста, и мне разрешили пойти с ними на озеро, которое было недалеко от их дома. Некоторые взрослые дети всегда водили нас туда, в большинстве случаев я ходил туда с 15-летним сыном тети Кейлы Джудлом и его братьями и сестрами. Озеро было недалеко от центра Вишки, после дома Усдиных нам нужно было повернуть налево и пройти еще 400 метров.

Помню, когда советские войска подошли к Вишкам, «красные пришли», как мы тогда говорили. Их встретили довольно хорошо. Недалеко от Фердмарка они разбили себе небольшой палаточный лагерь. Я и другие дети бежали туда, чтобы взглянуть на солдат, и они были очень дружелюбны и доброжелательны, угощали нас крекерами и конфетами. Затем солдаты вкопали в поле два столба, натянули между ними белый холст и начали показывать фильмы, причем со звуком. Это была такая редкость для нас, движущиеся живые картинки, мы никогда ничего подобного не видели и были шокированы. Мы не говорили ни слова по-русски, но представляли, что происходит на экране. Первый фильм, который я увидел в жизни, был «Мы из Кронштата» о приключениях морских пехотинцев-революционеров. Кронштат был островом в Финском заливе, морской базой, защищавшей Санкт-Петербург от морских нападений. Как я уже сказал, я совсем не понимал по-русски, но в фильме было много перестрелок и драк, всем очень понравилось, взрослым тоже.

Когда приехали красные, отец уехал из Вишков в Ригу, устроился там на кожевенную фабрику, снял жилье и в октябре 1940 года вернулся, чтобы отвезти нас в Ригу. «Мы» - это моя мама, я, 6-летняя сестра и годовалый брат. А потом 27 июня 1941 года, когда немецкие войска уже вошли в Латвию и подходили к Риге (1 июля немцы заняли Ригу, а 4-го уже горели синагоги) отец отправил нас в эвакуацию в Россию. Сам он остался и прошел через гетто и концлагеря.

Благодаря мудрости моего отца, пусть его душа упокоится в Ган-Эдене, мы все живы, и теперь мне доставляет огромное удовольствие поделиться с вами своими воспоминаниями о прекрасном месте под названием Вишки. 

Холокост в Вишках

* Из книги Элеоноры Петровны "В истории Вишкенской волости" в переводе Вадима Думеша.

Латгалия исторически является многокультурным регионом. К середине 17 века в регион мигрировало большое количество евреев. Эта миграция продолжилась и в следующем столетии. В середине 19 века в Латгалии проживало около 11 000 евреев. В 1804 году евреям разрешалось жить только в городах и деревнях Латгалии, так как власти опасались, что из-за конкуренции плодородные польские земли могут перейти в собственность евреев. В Вишкинском районе евреи жили в селе Вишки, где процветала экономическая деятельность.

Нормальную жизнь прервала Вторая мировая война, которая началась в 1939 году. В 1940 году Латвия была оккупирована армией Советского Союза, а в 1941 году, сразу после вступления Советского Союза во Вторую мировую войну, Латвия была оккупирована нацистской Германией. Даугавпилс и прилегающие к нему районы уже 26 июня находились под контролем немецкой армии, а к 8 октября 1941 года вся Латвия была оккупирована. В марте-апреле 1941 г. по указанию Гитлера, под руководством Гимлера и Хайдриха, Главный совет безопасности Германии разработал план действий по уничтожению евреев на оккупированных территориях. Этот план был задуман как полное уничтожение еврейского народа, известного под термином «Холокост».

В Латвии эту бойню поручили генерал-майору В. Шталкеру. Было приказано широко вовлечь местное население в Холокост. Это была организованная преступность нацистской Германии, которую осуществляли спецподразделения Германии с привлечением местных преступников, в руки которых было вложено оружие. Во многих случаях к ним присоединялись люди с агрессивными и садистскими наклонностями. Первая линия немецкой армии хорошо относилась к местным жителям, но затем в Вишках появился нацистский спецназ, которому было приказано уничтожать евреев. Они жестоко обращались со всеми местными жителями, врывались в дома и кричали «Руки вверх!», Обыскивали дома и похищали ценные вещи. В селе Вишки, в пивной, принадлежащей Я. Бекешу, был сформирован командный пункт (во главе с Ратниексом и его заместителем Саулишсом), а в пожарной части создали изолятор для местных жителей, обвиненных в сотрудничестве с СССР, или «Красные».

В Вишковском районе самые кровавые операции были организованы и проведены доморощенными «жид-стрелками» («žīds» - латышское для «еврея», которое после войны сменилось на «ebrejs», с русского «еврей» на избегайте параллелей с Холокостом. В то время как в русском языке «жид» является оскорбительным и уничижительным словом, в балтийских языках оно не имело отрицательной коннотации до войны. В литовском языке до сих пор используется слово «žydas», улица в старый Вильнюс, где жил Виленский Гаон, сегодня называется Žydu iela), о котором после войны вспоминали старики. Они с ужасом рассказывали о бесчеловечных зверствах, совершенных этими людьми. Трагедия евреев Вишков началась в июле 1941 года, когда сотрудники местного командного центра начали вербовать местных жителей, чтобы идентифицировать и в конечном итоге объединить всех евреев. Островский лес у озера Вишки готовился к кровавой операции, и местным жителям было объявлено, что там будут расстреливать евреев. Устанавливались пулеметы. Вишкинский район стал закрытой зоной, всех евреев вывезли на Остров.

Вдруг пришел приказ отменить операцию. Евреи вернулись в свои дома, чтобы подготовиться к переводу в Даугавпилсское гетто, куда все евреи должны были прибыть к 26 июля 1941 года. Некоторые евреи были расстреляны в деревне, на еврейском кладбище. Большинство еврейских семей Вишковского района (их было более сотни) взяли свои ценности в сумках и по Калнавишской дороге пошли в Даугавпилсском направлении, как пешком, так и на конных повозках. Те, кто был слишком измотан, чтобы идти дальше, были расстреляны по дороге. По дороге в Даугавпилсское гетто евреев Вишки сначала отвезли в тюрьму, где увезли все их имущество. После этого их перевели в казармы Грива, самое страшное гетто в Латвии. Бараки были в основном снесены, почти без дверей и окон, в некоторых зданиях не было крыш. Первоначально в казарме находилось около 23 000 евреев. Люди существовали в невыносимых условиях

. 29 июля 1940 года началось «разрежение» жителей гетто. Некоторых перевели в «лучшие помещения» в лагере Межциемс. Во-первых, для смертельных трансферов выбирали тех, кому за 60. В гетто по-прежнему было тихо, так как люди не верили, что колонна увезенных в Межциемс стариков была убита (евреев расстреляли в Погулянской пуще). 2 августа всех евреев Латгалии, в том числе из Вишков, готовили к «переводу в отдельный лагерь с улучшенными условиями». Чтобы не вызывать неприязнь к «трансферу», колонну сопровождал городской (не упомянутый, но, вероятно, Даугавпильский) главный врач-терапевт Гуревич, в задачу которого входило оказание медицинской помощи в случае необходимости. Также в это время евреи верили своим палачам.

Доктор Гуревич (отравился в концлагере под Ригой в 1944 году) был очевидцем перевода 2 августа. Позже он сказал (когда его перевели в концлагеря после расстрела латгальских евреев): «Я видел все. Я слышал крики и стоны бедных отчаявшихся людей. Некоторые из них дрались с убийцами, как львы. Я видел, как предали евреев, даже раненые и истекающие кровью, нападали на палачей голыми руками, некоторые - камнями, и дрались до последнего вздоха. Это были сильные, мужественные люди. Было ранено около 20 стрелков, а некоторых задушили и забрали с собой. в яму ». (из книги З. Якуба « Евреи в Даугавпилсе» , изд. 1993).

Лишь нескольким евреям-Вишкам удалось спасти свои жизни: тем, кто бежал из Вишков или скрывался с местными жителями. Гриша Фогель и Йозеф Рейнс прятались на Королевщине, а затем 2,5 года в Харцишках в доме Сергея Трофимова. Дирижер Даугавпилсского симфонического оркестра Паулс Круминьш, скончавшийся в 1965 году в Риге, спрятал выдающуюся скрипачку Цилу Градис и ее сестру Надю в доме своего друга в Вишках, а затем в деревне Нидеркуни. Были отважные люди разных национальностей, которые рисковали собственной жизнью, спасая от гибели невинных людей. Страницы истории Вишковского района помнят и трагедию евреев Дагды в Калнавишках. Местные жители, которым сегодня уже за 70, помнят еще одно событие 1941 года, бессердечное, ужасающее и трудное для понимания в сегодняшнем цивилизованном мире.

Это было в одно июльское утро, когда евреев Вишки уже эвакуировали в Даугавпилсское гетто, а их вещи были ограблены. Жители острова заметили, что со стороны Аглоны к Вишкам идет большая толпа, за которой следует несколько повозок. Вскоре выяснилось, что это были дагдинские евреи, которых тоже сопровождали в Даугавпилс. Люди были истощены и голодны. Некоторые из них пытались спрятаться на ржаных полях, но охранники их заметили. Жителей острова предупредили, чтобы они не пытались скрыть евреев. При встрече с дагдинскими евреями в Вишках реакция была неоднозначной: Ольга Истиковская с матерью приносили эвакуированным воду и хлеб, а «жид-стрелки» готовились к очередной кровавой бане. Заключенным в пожарное депо предложили принять участие в расстрелах в обмен на освобождение из-под стражи. В Калнавишки шли евреи, за ними поймали в Вишках цыгане с лопатами. На влажном холме (Slapjš Kalns), так называемом местными жителями, была выкопана большая яма у дороги. Этим и должен был закончиться путь евреев Дагды ...

Около 10:00 в соседних деревнях местные жители услышали пулеметные выстрелы. Через пару часов все замолчали. Люди хотели увидеть, узнать, что произошло. Оказалось, что яма до краев забита телами. Ранней весной 1942 года из Калнавишского карьера вода хлынула в сторону карьера, кое-где стали появляться части тела. Земля была залита кровью.

Когда немецкая армия отступила, Калнавишская дорога была перекрыта на несколько дней, вокруг ямы поставили большую палатку и сожгли тела. До сегодняшнего дня старшие в Вишках помнят черную пыль и зловоние, доносившееся ветром с Калнавсихков.






















Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • 210 ЛЕТ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ ФЕРЕНЦА ЛИСТА

    Национальность Ференца Листа обсуждается в нескольких биографических исследованиях. В то время как в большинстве биографических работ выясняется,…

  • СИКХИЗМ И ФИЛОСОФИЯ СИКХОВ

    Сикхизм - монотеистическая религия, основанная в XV веке в Пенджабе, в северо-западной части Индийского субконтинента — месте встречи…

  • ИЗ МОЕЙ ПОЭЗИИ

    ПАМЯТЬ ПЕРВОЙ ЛЮБВИ Прошло тридцать лет, но зимою морозной и снежной, Я тебя вспоминаю, невесту в венчальной фате. И как-то на жизнь в ту пору…

Comments for this post were disabled by the author